Пост Сергея Реброва [1] интересен тем, что в который раз показывает его странное отношение к политике, которое язык не поворачивается назвать пониманием. А указанная им ссылка — образец концентрированного неймдроппинга «ссылочной теории истины», господствующей в академической среде, которым она заражает всех через свою научпоповскую периферию.
Контингентность — мера непонимания предметной области, в которую ты приходишь. Если тебе неизвестны её закономерности, ты не владеешь её теорией и не знаешь её потенциала, соответственно тебе неизвестно никакой необходимости, а всё представляется всевозможным (контингентным). И твоё мнение поэтому оказывается не логическим, а эстетическим — вкусовщиной.
Ребров, говоря о политике, противопоставляет её онтологии, что указывает на его шмиттовское понимание «политического», который путал этику с политикой и протоптал в этом направлении тропинку, которая со временем от обилия воды стала размытой калеёй, в которую лучше не попадать: унесёт течением.
Например, Аристотель сформулировал каркас из шести возможностей политической формации [2]. Это сразу показывает его «онтологическое», нежели «этическое» как у Шмитта понимание сути политики. И то есть никакой контингентности политики для Аристотеля нет. Для него политика — это взгляд на социальную жизнь сквозь принципы власти, структурирующие саму матрицу возможностей социального устройства.
Социология тоже смотрит на общество не от первого лица, а как на агрегатное состояние социального вещества и его бехевеористские законы биологического и экономического детерминизма, определяющие его существование. Но политику отличает от социологии оптика власти. Власть выражается политическим весом, который физически померить сложно в силу сложности элемента общества — человека. Но при этом сама абстракция власти онтологична, поскольку измеряется объективными соотношениями, поэтому предопределяет потенциал её проявления.
Ребров путает ещё и политику с идеологией, поэтому допускает такую идеологию, при которой для её носителя будет политическая контингентность. Можно это назвать демократией в аристотелевском понимании, когда социальные институты сведены к нулю. Даже у животных есть стаи и стада для организации коллективной жизни. То есть даже животные не падают до демократической низости, которую породит контингентность в головах всех членов общества, если предположить, что такое возможно.
[1] https://t.me/piastr/760 [2] https://t.me/clouded_edges/191